Конец туристического чуда Таиланда?
По словам бывшего главы Управления по туризму Таиланда (TAT) Ютхасака Супасорна, на туристическую отрасль больше нельзя полагаться как на инструмент, способный вывести национальную экономику из кризиса. Низкие темпы роста, сокращение числа иностранных туристов и структурные проблемы указывают на ограниченность стратегии восстановления, опирающейся исключительно на сферу туризма.
Главный посыл Супасорна предельно суров: туризм сам по себе не спасет экономику Таиланда. Этот сектор остается важным источником валютных поступлений, занятости и деловой активности, но он не может компенсировать растущую задолженность домохозяйств, хрупкость обрабатывающей промышленности и более широкие проблемы с конкурентоспособностью.
Предупреждение прозвучало на фоне прогнозируемого значительного отставания темпов экономического роста Таиланда от его потенциала.
Производственный сектор, на долю которого приходится около 25% валового внутреннего продукта и в котором занято более 6,2 миллиона человек, сокращается уже четыре года подряд. Это создает все большую нагрузку на туристический сектор, в то время как другие сектора экономики испытывают трудности с обеспечением роста.
Доходы от туризма не могут компенсировать экономический спад. В 2019 году, до пандемии, Таиланд принял 39,9 миллиона иностранных туристов. К 2024 году число прибытий восстановилось до примерно 35,5 миллиона, но в 2025 году сократилось на 7,23% до 32,97 миллиона. Доходы от иностранного туризма также снизились на 4,71% до 45,5 млрд долларов США (1,53 трлн бат).
На 2026 год Управление по туризму Таиланда планирует принять 34,9 миллиона иностранных туристов и получить общий доход от туризма в размере 82,9 млрд долларов США как на внутреннем, так и на международном рынках. Однако исследовательский центр Kasikorn прогнозирует всего 31,36 миллиона иностранных туристов, что на 4,9% меньше, чем в прошлом году, при этом ожидается, что доходы от иностранного туризма достигнут около 45,8 млрд долларов США.
По словам Супасорна, ухудшение ситуации отражает структурный спад в туристической отрасли, а не временную паузу в восстановлении индустрии. Проблема заключается не просто в уменьшении числа прибывающих туристов, а в том, что туризм становится менее эффективным в создании более широких экономических выгод.
Ослабление китайского рынка иллюстрирует эту проблему. Ранее Таиланд ежегодно принимал более 11 миллионов китайских туристов, но, по оценкам, число прибытий из этой страны составит всего 4,5–5,5 миллионов в 2025 и 2026 годах. К снижению привели опасения по поводу безопасности и усиление продвижения внутреннего туризма в Китае.
Высокий уровень задолженности домохозяйств также ограничивает внутренний туризм, и многие тайские туристы выбирают более короткие и дешевые поездки, сокращая время проживания в отелях.
Небольшие отели испытывают давление на цены номеров, даже несмотря на то, что заполняемость по всей стране остается относительно стабильной.
Конкуренция со стороны Вьетнама и Японии усиливает это давление. Вьетнам привлекает иностранных туристов конкурентоспособными ценами и более выгодными визовыми условиями, в то время как Япония выигрывает от колебаний валютных курсов, которые делают путешествия и шопинг привлекательными для иностранных туристов.
Супасорн утверждает, что Таиланду необходимо сбалансировать свою экономику, а не зависеть от очередного туристического бума. Передовые технологии, экологически чистые технологии, электромобили, батареи, солнечное оборудование и цифровая инфраструктура могут обеспечить альтернативные источники инвестиций, производительности и занятости.
Туризм по-прежнему играет свою роль, но сектор должен сохранять большую часть генерируемых им доходов за счет укрепления местных цепочек поставок, использования продукции тайского производства и снижения зависимости от иностранных платформ бронирования.
Роль туризма как спасительной силы ухудшающейся тайской экономики с мрачными перспективами на будущее, похоже, окончательно утрачена…